Сильви Жермен в Красноярске

6 июня «Лас-Книгас» на Сурикова принимал самую известную французскую писательницу Сильви Жермен. Известную и в России: книги Жермен в свое время издавались в «Амфоре», правда, сейчас их купить уже сложно.

Женщина, чье имя каждый французский интеллектуал произносит с придыханием, оказалась на удивление скромной и простой в общении. Скинула курточку на стул и сказала собравшимся: «Вы можете задавать мне любые вопросы, не обязательно о моем творчестве». Разумеется, читатели воспользовались этим предложением и стали спрашивать Жермен о том, впервые ли она путешествует так далеко, как ей понравилась Россия, какое впечатление произвел на нее Красноярск, каких русских писателей она знает и т.п. Оказалось, что Жермен вообще много путешествовала и сменила немало городов. «Это связано с работой моего мужа», — сказала она. Что до впечатлений от России, то целью поездки французских писателей было открытие России, открытие Сибири. Для самой Жермен — второе, потому как она присоединилась к путешествующим на поезде «Блез Сандрар» только в Новосибирске. «Хотелось воочию увидеть те места, о которых думал Блез Сандрар. Мы, конечно, что-то знали до поездки об истории России, но все равно поездка стала ломкой стереотипов. Для нас Россия — это снежные пейзажи, и, откровенно говоря, я надеялась, что снег еще кое-где не растаял с зимы…». Вместо снега французские писатели увидели первоцветы. Жермен с восторгом разглядывала огоньки, сказала, что никогда раньше не видела таких цветов и спросила, как они называются. Что до впечатлений от Красноярска, то Жермен особенно восхищалась библиотекой для слепых и сказала, что во Франции специализированных библиотек такого уровня нет. Впечатлили ее и Енисей, и экскурсия на ГЭС. Кроме того, путешественников из Франции возили на родину Астафьева — в Овсянку. Большинство французских писателей раньше ничего не знали о творчестве Астафьева. Но в целом российскую культуру Сильви Жермен знает очень хорошо, особенно кинематограф. Так, оказалось, что она с пиететом относится к творчеству Андрея Тарковского, Павла Лунгина и Никиты Михалкова. Про русскую литературу писательница сказала, что, конечно, для большинства французов она заканчивается на Толстом и Достоевском. Но сама она довольно много читает. Из современных русских писателей она выделила ту же Улицкую и с одобрением отозвалась о ее повести «Сонечка».

Что касается французских писателей, то, как и предполагалось, Жермен не любит популярных у нас Бегбедера с Уэльбеком, предпочитая им настоящих корифеев современной французской литературы: Паскаля Киньяра, Патрика Модиано, Даниэль Сальнав, Франсуазу Анри, Жана-Мари Густава Леклезио, Патрика Девиля (пишущего в технике французских неороманистов), Андрея Макина. Последний, кстати, — уроженец Красноярска. Жалко, что на родине его практически не знают и по-русски его удостоенное Гонкуровской премии «Французское завещание» пока не издали. Жермен выразила надежду, что это упущение в ближайшее время будет исправлено и порекомендовала всем тексты Макина как пример того лучшего, что в последнее время было написано и опубликовано по-французски.

Много беседовали собравшиеся и о культуре в целом. Жермен спросили даже о том, какое место в жизни французов занимает интернет. Оказалось, что во Франции гораздо строже относятся к свободной выкладке в сети оцифрованного без согласия автора контента. Сама Жермен приветствует эту строгость — по ее мнению, свободный доступ к оцифрованному контенту — это грубое нарушение законодательства об авторском праве.

Поговорив на такие общие темы, присутствующие на встрече стали задавать Жермен вопросы, касающиеся ее творчества. Так, например, ее спросили: «Почему во всех Ваших текстах такие мрачные финалы». Жермен не согласилась и привела в пример «Янтарную ночь», где «все заканчивается хорошо». Кроме того, беспросветности, по ее мнению, нет и в текстах с трагическим финалом. «И во мраке есть свет». Спросили Жермен и о той книге, над которой она сейчас работает. Она ответила, что это книга эссе на евангельские темы.

Закончилась беседа автограф-сессией. Жермен призналась, что разговор был очень интересным, и что главное открытие в России, которое она сделала, — это удивительные люди, которых здесь немало.